"Сжег дочку, дали год". Почему виновные в смерти других остаются на свободе

"Сжег дочку, дали год". Почему виновные в смерти других остаются на свободе
МОСКВА, 3 авг — РИА Новости, Мария Семенова. Восемь лет колонии тому, кто заступился за соседку, год ограничения свободы за сожжение сожительницы — приговоры судов порой кажутся странными. РИА Новости разбиралось, чем бытовое понимание справедливости отличается от правового.«Доказательств нет»В июле жителя Ростова-на-Дону Александра Петренко приговорили к году ограничения свободы: запретили покидать город без согласия уголовно-исполнительной инспекции. Он виноват в гибели Натальи Ксензовой, сожительницы: она получила ожоги 45 процентов тела, врачи тринадцать дней боролись за ее жизнь в реанимации, но спасти так и не смогли.Петренко судили по статье 109 — «Причинение смерти по неосторожности». Согласно его показаниям (приведены в решении суда, имеющемся в распоряжении редакции), 22 января 2020-го он вернулся с работы в десять вечера. Застал Наталью нетрезвой, начал выяснять отношения. В какой-то момент женщина вышла на балкон. На кухне под раковиной Александр нашел пластиковую бутылку с остатками водки. Подумал, что это Наталья спрятала, и со злости вылил содержимое ей на голову.© Фото: личный архив Светланы РосляковойМогила Натальи Ксензовой© Фото: личный архив Светланы РосляковойМогила Натальи КсензовойПосле этого хотел уйти из дома, однако вернулся на балкон за сигаретами. Решил поговорить. Попытался закурить, но, как только чиркнул зажигалкой, загорелись руки. Пытаясь сбить пламя, задел Ксензову — у той вспыхнули волосы и одежда.Эксперты исследовали две пустые бутылки. В одной обнаружили следы этилового спирта. Ни бензина, ни других легковоспламеняющихся жидкостей на одежде и волосах Натальи не нашли. Суд учел извинения, принесенные Петренко матери и старшей дочери Натальи, хотя обе уверены, что тот совершил преступление умышленно. «Сжег мою дочку и получил год», — возмущается мать погибшей Светлана.Тем не менее в вердикте говорится: «Суду не предоставлены доказательства, объективно свидетельствующие о совершении Петренко умышленных действий, направленных на причинение телесных повреждений Ксензовой».Преступный умыселАдвокат Михаил Юрьев пояснил РИА Новости, что главный критерий при выборе уголовной статьи — наличие умысла. В зависимости от этого действия, которые привели к гибели человека, интерпретируются по-разному.Это может быть и статья 109 («Причинение смерти по неосторожности»), и четвертая часть статьи 111 («Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть»), и статья 108 («Убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны»), и, конечно, 105-я — «Убийство».Доказать, что Петренко поджег Наталью сознательно, практически невозможно. В решении суда упоминается свидетельство Елены Ксензовой, дочери погибшей, о том, что после поджога Петренко бездействовал, а помочь попытался, лишь когда увидел Елену. Однако в ее показаниях «усматривается противоречивость и нестабильность».Эксперты установили, что версия Петренко соответствует действительности: ожоги на его руках, две разорванные майки, никаких следов других легковоспламеняющихся веществ.Для сравнения: в 2015-м возбужденное в Тамбовской области дело о поджоге женщины закончилось иначе — преступник получил 18 лет колонии строгого режима. Он пришел к бывшей жене на работу в продуктовый магазин, плеснул ей в лицо бензином и поднес зажигалку. Трагедия попала в объектив камеры наблюдения, и доказать преступный умысел не составило труда.Дело без телаА вот с исчезновением нижегородки Галины Соколовой разобраться было гораздо сложнее. Тридцатилетняя Галина пропала без вести год назад, 13 июля. Ее сожитель Нарек Багдасарян сообщил, что она ушла от него и он не знает куда. Затем изменил показания, признавшись, что толкнул Соколову, та ударилась затылком об угол ванны и умерла.Багдасарян якобы расчленил тело и разбросал по мусорным бакам. Однако брат погибшей рассказал местным СМИ, что отследил по камерам перемещения Нарека и проверил те пакеты — останков в них не было, только земля и кирпичи.Тело до сих пор не нашли, против Багдасаряна возбудили дело по статье 109 («Причинение смерти по неосторожности») — ему грозит не более двух лет лишения свободы.Адвокат потерпевших Алексей Скворцов говорит в беседе с РИА Новости, что столь мягкую статью выбрали из-за невозможности экспертиз. В случае насильственной смерти специалисты исследуют труп, определяют характер травм, время и причину гибели. Пока приходится верить обвиняемому на слово — он, конечно же, утверждает, что не убивал Галину.«Хотя дело можно было возбудить по статье „Убийство“, следствие пошло по пути наименьшего сопротивления», — считает адвокат. Материалы недавно передали в суд. Процесс обещает быть долгим.Восемь лет колонииБывает и обратное, когда общественность возмущают чрезвычайно строгие приговоры. Например, восемь лет получил казанец Павел Кузнецов, защитивший соседку от пьяного сожителя Алексея Горюнова. Когда тот набросился с ножом, Павел несколькими ударами сбил его с ног.Утверждает, что сразу вызвал скорую и попытался оказать дебоширу первую помощь. Однако тот скончался. Кузнецова осудили по четвертой части статьи 111 — «Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего».Восемь лет проведет в колонии и житель Уфы Владимир Санкин. По словам обвиняемого, 14-летний подросток попросил защитить его и друга: незнакомец якобы их домогался. Владимир заступился, конфликт перерос в драку. В итоге предполагаемый 54-летний педофил скончался в машине скорой от множественных ударов по туловищу и голове. Известно, что погибший был трижды судим, в том числе за изнасилование несовершеннолетнего.Статья «Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью» предоставляет большую «свободу для маневра», отмечает адвокат Юрьев. В случае смерти потерпевшего преступнику грозит до 15 лет. Но есть нюанс: если статья 105 («Убийство») предполагает лишение свободы от шести лет, то в 111-й нижняя планка не задана — срок может быть минимальным.При разграничении статей «Убийство» и «Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью» важно, использовал ли подозреваемый в драке какие-либо предметы — кастет, нож, молоток или арматуру. Человек, до смерти забивший другого кулаками, скорее всего, избежит обвинения в убийстве. Даже если он профессиональный боксер. Тут нужен умысел, а результатом «кулачного боя» считается только тяжкий вред здоровью.Самооборона или убийство? Довольно редко возбуждают уголовные дела по статье «Убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны». В качестве примера Юрьев приводит инцидент 2012 года, когда у метро «Киевская» погиб приезжий из Дагестана.

«В подземном переходе прохожего обступили пять-шесть крепких парней-дагестанцев. Понятно, что ничего хорошего это не сулило. Обвиняемый ударил одного из них ножом. Квалифицировали как убийство. Но если у кого-то из противников был бы нож и он угрожал им, была бы самооборона», — уточняет юрист.

Защита близких людей от хулиганов — еще один вариант, который никогда не подпадет под статью о самообороне.«В университете мы разбирали такой сценарий: идут парень с девушкой, к ним пристают хулиганы. У молодого человека в руках тяжелый советский фотоаппарат, он бьет им одного из нападавших, попадает в висок — насмерть. Это убийство, потому что не было угрозы жизни, хотя могли изнасиловать девушку или ограбить», — вспоминает Юрьев.По его словам, не идет речь о самообороне и в тех ситуациях, когда, к примеру, мужчина вступился за соседку, которую избивал сожитель, или отец в драке убил педофила, пристававшего к его сыну. Как показывает практика, добиться снисхождения суда в подобных делах крайне сложно даже с опытными адвокатами.
10:00
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
|